В дальнем краю, среди пологих холмов, где луга катились волнами до самого горизонта, стоял городок Светлячий. Назвали его так потому, что по вечерам в садах зажигались тысячи светлячков, и казалось, будто звёзды спустились погостить на землю.
Жили в Светлячем городе люди работящие и основательные. Пекарь Фома вставал затемно, чтобы к рассвету на прилавке лежали румяные караваи. Кузнец Архип стучал молотом так ритмично, что дети прыгали через скакалку под этот звук. Учительница Марфа Петровна знала каждого ребёнка по имени и помнила, кто боится грозы, а кто не любит кашу.
Город был небогатый, но крепкий — как дубовый стол, который передают из поколения в поколение. И пахло в нём всегда по-домашнему: то яблочным вареньем, то свежими стружками, то дождём на тёплой земле.
Но однажды сентябрьским вечером, когда листья клёнов уже начали желтеть по краям, на центральную площадь въехала повозка. Не простая повозка — вся в лентах, бубенцах и зеркальцах, которые ловили последние лучи солнца и разбрасывали их радужными зайчиками по стенам домов. 
Из повозки вышел человек в плаще цвета спелой вишни. Лицо у него было гладкое, без единой морщинки, а улыбка — такая белозубая, что глазам становилось больно, как от снега в солнечный день.
— Жители славного Светлячьего города! — возгласил он, и голос его был медовый, тягучий. — Я принёс вам весть, которая изменит вашу жизнь навсегда!
Люди начали собираться. Пекарь Фома вышел, вытирая руки о фартук. Кузнец Архип отложил молот. Марфа Петровна вывела своих учеников — пусть послушают, что за новости.
— Я — Великий Преобразователь! — объявил странник, взмахнув рукавами так, что полы плаща взлетели, как крылья. — Я странствую по миру и дарю счастье тем, кто его заслуживает. И вы, жители этого чудесного города, заслужили!
В толпе зашептались. Приятно было слышать, что ты что-то заслужил.
— С завтрашнего дня, — продолжал странник, и голос его становился всё слаще, — каждая семья получит по дворцу! Настоящему дворцу с мраморными лестницами и хрустальными люстрами!
— Дворцу? — ахнула жена пекаря. — Но как же это возможно?
Странник махнул рукой, словно отгоняя назойливую муху:
— Детали, детали! Не забивайте голову мелочами! Главное — верить!
— А ещё, — он сделал театральную паузу, — каждый день на вашем столе будут появляться любые яства, какие пожелаете! Жареные гуси! Медовые коврижки! Заморские фрукты!
Толпа загудела громче. У кого-то даже слюнки потекли.
Маленький мальчик Лёвушка стоял рядом с мамой и чувствовал, как у него в животе ворочается что-то неприятное — не то страх, не то сомнение.
— А как вы это сделаете? — выкрикнул он.
Странник посмотрел на него сверху вниз, и улыбка его стала ещё шире:
— Мальчик мой, разве важно “как”? Важно “что”! А что — это счастье для всех!
— Но ведь дворцы надо строить, — не унимался Лёвушка. — Камни возить, стены класть…
— Тише, Лёва, — дёрнула его за рукав мама. — Не перебивай взрослого человека.
А странник уже говорил дальше:
— И самое главное! Работать больше не нужно! Пусть трудятся только те, кому это в радость. Остальные — наслаждайтесь жизнью! Вы достаточно потрудились!
И тут случилось то, что случается всегда, когда людям обещают лёгкую жизнь: они перестали думать. Глаза их заблестели, как у детей перед витриной кондитерской. Каждый уже видел себя во дворце, за накрытым столом, в бархатном кресле.
— Ура! — закричал кто-то.
— Да здравствует Преобразователь! — подхватили другие.
Только старый сторож Елисей покачал седой головой и пробормотал:
— Что-то уж больно сладко поёт. Как тот соловей из сказки, что заманивал путников в болото.
Но его никто не слушал. Все смотрели на странника, который раскланивался, улыбался и сыпал обещаниями, как фокусник — конфетти из рукава.
— Завтра! Всё начнётся завтра! А сейчас — празднуйте! Веселитесь! Вы это заслужили!
И город праздновал. Люди плясали на площади, пели песни, мечтали вслух. Пекарь Фома уже рассказывал, какую кухню устроит во дворце. Кузнец Архип прикидывал, сколько комнат ему понадобится. Марфа Петровна думала о библиотеке с тысячей книг.
Только Лёвушка сидел на крыльце и смотрел на повозку странника. Она стояла у фонтана, яркая и нарядная. Но если приглядеться… Краска местами облупилась. Колесо было криво прибито. А в кузове не было ничего — ни инструментов, ни чертежей, ни даже простого молотка.
— Мам, — потянул он мать за подол. — А ты видела, чтобы он хоть что-то делал? Хоть один кирпич положил?
— Ой, Лёвушка, — отмахнулась мать. — Вечно ты всё усложняешь! Он же сказал — волшебство!
Наутро странника не было. Исчез, как утренний туман. Вместе с повозкой, лентами и обещаниями.
Люди вышли на улицы и ждали. Час ждали. Два. До полудня.
— Может, он за дворцами поехал? — неуверенно спросил кто-то.
— Точно! Привезёт и поставит!
И стали ждать дальше. День ждали. Неделю. Месяц.
А пока ждали — перестали работать.
— Зачем печь хлеб, если скоро будут заморские яства? — рассуждал пекарь Фома, и печь его остыла.
— Зачем ковать гвозди для простых домов, если будут дворцы? — думал кузнец Архип, и горн его погас.
— Зачем учить детей ремеслу, если работать больше не нужно? — вздыхала Марфа Петровна, и школа опустела.
Сначала перемены были незаметны. Ну подумаешь, хлеба стало меньше — скоро же будет пир горой! Ну подумаешь, крыша прохудилась — во дворце-то новая будет!
Но потом…
Потом начался голод. Без пекаря не стало хлеба. Без кузнеца некому стало чинить инструменты. Без учительницы дети бегали по улицам дикой ватагой.
Дома ветшали — некому было заделать щели перед зимой. Дороги разбило осенними дождями — некому было подвозить камни. В колодцах испортились срубы — некому было заменить прогнившие доски.
Город, который был крепким, как дубовый стол, стал хрупким, как карточный домик.
И вот однажды, когда первый снег упал на непокрытые крыши, Лёвушка собрал всех на площади. Он был всё ещё маленький, но голос его звучал громко в морозной тишине:
— Послушайте! Мы ждём того, кто не оставил нам ничего, кроме слов. Он не показал ни одного дворца, не принёс ни одной коврижки, не сделал ни одного доброго дела. Он просто говорил то, что мы хотели услышать!
— Но он же обещал… — робко сказал кто-то.
— А кто проверил его обещания? — спросил Лёвушка. — Кто спросил, где эти дворцы? Как он их построит? На какие деньги? Какими руками?
Люди молчали. В тишине было слышно, как ветер свистит сквозь щели в стенах.
— Мы поверили, потому что хотели верить, — тихо сказала Марфа Петровна. — Хотели, чтобы кто-то решил за нас все трудности. Чтобы счастье пришло само, без усилий.
Старый Елисей кивнул:
— Я вам говорил — слишком сладко пел. А мы знаем: бесплатный сыр…
— …только в мышеловке, — докончили за него несколько голосов.
И тогда случилось чудо. Не то волшебное чудо, которое обещал странник, а настоящее, человеческое.
Пекарь Фома встал и сказал:
— Ладно. Хватит ждать. Пойду растоплю печь. К утру будет хлеб.
— И я горн разожгу, — отозвался кузнец Архип. — Гвоздей наделаю, а то крыши чинить нечем.
— А я школу открою, — добавила Марфа Петровна. — Дети одичали совсем.
И город ожил. Медленно, трудно, но ожил. Задымили трубы. Застучали молотки. Запахло хлебом и дымом — настоящими, честными запахами труда.
А на воротах города появилась табличка, которую выжег по дереву кузнец Архип:
“Проверяй обещания делами,
А не словами.”
С тех пор в Светлячий город приезжало много странников. И каждому, кто обещал золотые горы, задавали простые вопросы:
— Как вы это сделаете?
— Покажите, что уже сделали.
— Начните с малого — тогда поверим в большое.
И удивительное дело — те, кто правда мог помочь, охотно отвечали и показывали. А обманщики исчезали быстрее утреннего тумана.
Город снова стал крепким. Может, и не было в нём дворцов, зато были тёплые дома. Может, и не было заморских яств, зато был свежий хлеб. И пахло в нём по-прежнему яблочным вареньем, стружками и дождём.
А ещё — мудростью. Но этот запах различали только те, кто умел задавать правильные вопросы.
Вопросы после сказки
Для ребёнка:
Почему люди так легко поверили страннику? Что он делал, чтобы они перестали думать?
Какие признаки могли подсказать, что странник обманывает? Что заметил Лёвушка?
Почему город начал разрушаться, хотя люди просто ждали обещанного?
Что важнее — красивые обещания или простая работа? Почему?
Какие вопросы теперь задают жители всем, кто что-то обещает?
Для родителя:
Обсудите с ребёнком современные примеры «слишком красивых обещаний» — от рекламы чудо-средств до обещаний политиков. Как научиться проверять слова фактами?
Поговорите о том, почему людям хочется верить в лёгкие решения сложных проблем. Объясните ценность постепенного труда и важность критического мышления — умения спрашивать «как?», «почему?» и «где доказательства?» прежде чем верить.