Диего не должен был отставать от экскурсии на Тропе Инков, но обсидиановое зеркальце бабушки-кечуа выскользнуло из рюкзака и покатилось к обрыву у Ворот Солнца.
Мачу-Пикчу раскинулся внизу – 200 каменных структур на вершине горы, 2430 метров над уровнем моря. Туман полз из долины реки Урубамба, окутывая “Старую Вершину” – так переводится название с языка кечуа. Диего спустился по древним ступеням за зеркальцем, когда солнце коснулось горизонта.
В этот момент всё изменилось. 
Камни засветились золотом. Не отражённым светом заката – собственным, внутренним сиянием. И из Интиуатаны – священного “столба, к которому привязано солнце” – поднялся кондор.
Но не обычная птица. Его перья были из чистого золота, каждое с инкрустацией из обсидиана. Размах крыльев – десять метров. Глаза – два куска горного хрусталя.
“Я – Инти Кунтур, Солнечный Кондор,” произнёс он голосом горного ветра. “Пятьсот лет я охраняю последнюю тайну инков. И сегодня…” золотые перья потускнели, “конкистадоры наконец нашли нас.”
“Конкистадоры? Но они же… это было в XVI веке!”
“Не живые. Тень Писарро – дух алчности, что никогда не умирает. Он искал Мачу-Пикчу 500 лет! Испанцы так и не нашли город при жизни – Инки успели увести отсюда людей в 1572 году, забрав секрет расположения. Но теперь Тень знает путь.”
“Что он ищет?”
Кондор указал крылом на центральную площадь: “Под Храмом Солнца спрятано Золотое Семя – кипу из золотых нитей, где узелками записано расположение всех святилищ Империи. Каждый узелок – координаты. Инки были гениальными картографами! Если Тень найдёт кипу до рассвета, все священные места инков обратятся в прах. Мачу-Пикчу рассыплется!”
“Но как его остановить?”
“В Храме Трёх Окон хранится Лунный Жезл. Его создала жена Манко Капака, первого Инки. Только он может изгнать тени. Но путь преграждают…”
Земля задрожала. Из сельскохозяйственных террас – их 700 в Мачу-Пикчу! – поднялись воины-чачапойя, мумифицированные стражи в красных масках.
“Это же воины облачного народа!” воскликнул Диего. “Их покорил Инка Тупак!”
“Тень Писарро поднял их. Они будут защищать его. Но есть способ – нужно правильно пройти по городу, повторив путь солнца!”
Диего вспомнил рассказы бабушки: “Храм Солнца – Интиуатана – Храм Трёх Окон!”
“Да! Это дневной путь Инти!”
Они побежали. Сначала к полукруглому Храму Солнца – единственному зданию с закруглёнными стенами. Внутри – идеально обтёсанный камень, через который в день зимнего солнцестояния свет падает точно в центр.
“Поверни зеркальце!”
Диего направил обсидиан на камень. Луч отразился и ударил в потолок, где проявились золотые узоры – карта звёздного неба инков!
Мумии отступили на миг, ослеплённые.
Дальше – к Интиуатане. Каменный столб, вырезанный из цельной скалы. Инки использовали его как солнечные часы и астрономический инструмент. Диего знал – если положить руку на камень в полдень, тень исчезнет!
Но сейчас ночь…
“Используй зеркальце! Оно хранит полуденное солнце!”
Диего прижал обсидиан к вершине столба. Интиуатана вспыхнула, и на мгновение Мачу-Пикчу озарился, как днём. Все тени исчезли – включая воинов-чачапойя!
Последний рывок – Храм Трёх Окон. Три трапециевидных окна смотрят на восток, символизируя три мира инков: подземный, земной и небесный.
Там их ждала Тень Писарро.
Фигура в заржавевших доспехах, с дырой в груди – там, где инки пронзили сердце настоящего Писарро. В руках – призрачная аркебуза.
“Наконец! Золото инков будет моим!”
“У инков не было золота как сокровища!” крикнул Диего. “Для них это был пот солнца! Священный металл!”
“Мне всё равно! Где кипу?!”
Инти Кунтур взмыл вверх: “Диего! В центральном окне! Жезл!”
Мальчик прыгнул. В нише окна лежал серебряный жезл с лунным камнем. Он схватил его и направил на Тень.
Но ничего не произошло!
Тень рассмеялась: “Нужна кровь инков, мальчишка! А последние инки давно…”
“Неправда!” Диего вспомнил слова бабушки. “Мы – потомки инков! Кечуа и аймара! Мы здесь!”
Он сжал жезл так сильно, что поранил палец. Капля крови упала на лунный камень.
Вспышка серебряного света! Жезл ожил, и из него вырвался луч чистой лунной энергии.
“Мама Килья!” воскликнул Кондор. “Богиня луны!”
Тень Писарро взвыла и начала распадаться: “Проклятье! Опять эти индейцы! Всегда вы… выживаете!”
Он растворился, оставив только ржавый шлем, который ветер сбросил в пропасть.
Инти Кунтур опустился рядом, его золотые перья снова сияли: “Ты спас не просто город, Диего. Ты доказал, что наследие инков живо в их потомках.”
“А кипу?”
“Останется скрытым. Некоторые тайны должны остаться тайнами. Но твоё зеркальце…” Кондор коснулся крылом обсидиана, “теперь оно хранит частицу Мачу-Пикчу. Передай его своим детям.”
Рассвет окрасил Уайна-Пикчу – “Молодую Вершину” – в розовый цвет. Туман рассеялся.
Когда группа нашла Диего (спящего у Ворот Солнца), гид отчитал его на трёх языках – испанском, английском и кечуа.
Мачу-Пикчу стоял как всегда – 200 структур, построенных без единой капли раствора, камни подогнаны так точно, что между ними не просунуть лезвие ножа.
Но Диего знал правду.
В камнях города живёт Солнечный Кондор. В Храме Трёх Окон хранится Лунный Жезл. И пока потомки инков помнят язык и традиции предков, Мачу-Пикчу будет стоять.
Потерянный город, который никогда не был потерян.
Только ждал, когда его дети вернутся домой.